Кто такой туарег: 32 фото из жизни народа туарегов, где царит матриархат, а мужчины лишены прав

Содержание

32 фото из жизни народа туарегов, где царит матриархат, а мужчины лишены прав

Туареги — один из самых уникальных народов мира, у представителей которого привычный уклад жизни совершенно иной: здесь особым почтением и правами в обществе пользуются представительницы прекрасного пола, а мужчины вынуждены прикрывать лицо и довольствоваться тем, что им позволено.

По достижении совершеннолетнего возраста юноши получают от отца острый меч и покрывало, за которым они всю жизнь будут скрывать свое лицо, снимая его лишь в присутствии супруги или любовницы.

У женщин этой народности жизнь сложилась куда лучше: они не просто не закрывают лица, но и могут иметь неограниченное количество любовников и сексуальных связей до того, как свяжут себя узами брака. При этом весьма тщательно хранится тайна личной жизни. Это означает, что зайти в дом к женщине и покинуть его любовник должен после заката солнца и до его восхода.

Кроме того, туарегские женщины являются собственницами семейного имущества, им принадлежит жилье и скот, а в случает развода это имущество жена делит на свое усмотрение. В общем, правам и свободе этих дам могут позавидовать даже гражданки многих европейских государств.

Туарегов еще называют «синим народом» из-за цвета их традиционных нарядов. А поскольку ткани окрашиваются в такой оттенок путем вбивания частичек цветного вещества в ткань камнями, то и кожа людей часто приобретает такой цвет.

Туареги — загадочная африканская народность.

Женщины в туарегском обществе пользуются большим уважением.

Мужчины закрывают лицо специальной повязкой.

После развода дети традиционно остаются с матерью. Этот снимок был сделан в декабре 1967 года.

Большая часть туарегского народа исповедует ислам.

У туарегов есть легенда, что корни их идут от легендарной праматери и великой правительницы царицы Сахары Тин-Хинан, которая была амазонкой и пришла в Хоггар со своей служанкой из южной области нынешнего Марокко, называвшегося Тафилалет.

В 1925 году в районе древнего укрепления Абалессы в Ахаггаре нашли богатое захоронение женщины.

Многие туареги верят, что это именно Тин-Хинан.

Девочки с раннего возраста учатся читать и писать.

Туареги носят огромное количество украшений.

Мужчины превосходно владеют боевым искусством, они бесстрашные воины и прекрасные торговцы.

Женщины — хранительницы культурного наследия, именно они обучены грамоте, продолжают фольклорную традицию.

Туареги более 1000 лет кочевали по Сахаре, перегоняя верблюдов на новые пастбища.

Верблюды крайне необходимы для выживания в Сахаре.

Часто верблюд — это единственное, что достается мужчине после развода.

Мнение женщин высоко ценится мужчинами, которые охотно советуются с женами или матерями.

Женщины, в отличие от мужчин, ходят с открытыми лицами, хотя часто покрывают волосы.

После развода женщине достается шатер и все имущество, в том числе домашний скот, за счет которого выживает племя.

В Африке проживают предположительно более миллиона туарегов, которые разделены на множество племен.

Туареги — единственный в мире народ, у которого мужчины даже в домашнем кругу обязаны закрывать лицо повязкой.

Туареги постоянно носят одежду, окрашенную индиго, и краска придает их коже голубоватый оттенок.

Поэтому в Африке их называют «синими людьми».

Уважение и свобода, даруемые туарегской женщине, ошибочно трактуются другими племенами, в которых у женщины гораздо меньше свобод.

Само туарегское общество решительно осуждает проституцию.

Издавна здесь было заведено, что именно мужчина не должен открывать лицо. В день совершеннолетия юноша получает от отца два главных подарка: обоюдоострый меч и специальную лицевую накидку.

Без нее нельзя выходить на люди, ее же нужно носить и дома, прикрывая лицо даже во время еды и сна.

Современные кочевники сохранили древнюю культуру, и многое в их повседневной жизни кажется нам удивительным.

Туарегская пословица гласит: «Мужчина и женщина рядом друг с другом глазами и сердцем, а не только постелью».

Значительную часть рациона питания туарегов составляют молоко и молочные продукты. Кроме того, в питании используется просо, иногда пшеница. Важную роль играют также сушеные финики с верблюжьим молоком.

Хотя все считают туарегов животноводами, мясо они потребляют в пищу только в исключительных случаях — на семейных торжествах, в дни религиозных праздников, а также при опасности массового падежа скота от бескормицы.

Для того, чтобы завоевать внимание девушки, мужчина должен обладать поэтическим талантом и посылать своей возлюбленной стихи, а девушка должна ответить своему избраннику. При этом письменность женщин и мужчин племени различна.

Туареги — это не единственный в мире народ, сохранивший матриархальный строй до наших времен. Подобный жизненный уклад является основным и у китайского племени мосо, однако там, помимо хозяйства, женщины занимаются также и земледелием, скотоводством, охотой и иногда даже военным делом, тогда как основным мужским занятием является игра в шашки.

Поделитесь этим постом со своими друзьями!

Туареги | Центр Льва Гумилёва

Туареги — единственный в мире народ, у которого мужчины даже в домашнем кругу обязаны закрывать лицо повязкой, (самоназвание — «народ покрывала»). Живут в Мали, Нигере, Буркина Фасо, Марокко, Алжире и Ливии. Своим культурным своеобразием туареги обязаны особому положению женщин. Счёт родства у них ведётся по материнской линии, хотя наследование имущества — по отцовской. К этой традиции относится и обычай молодых супругов поселяться поблизости от родственников матери жены. В первобытном мире люди верили, что духи чужака и его родни могут навредить им. Сила духов сосредоточена в голове человека и выйти на свет может через рот, нос или уши. Поэтому у туарегов до сих пор мужа — пришельца из другого рода — заставляют закрывать лицо покрывалом. Туареги постоянно носят одежду, окрашенную индиго, и краска придает их коже голубоватый оттенок. Поэтому в Африке их называют «синие люди».

Согласно собственной легенде, исконным расселением туарегов был остров в Атлантическом океане, и после его исчезновения уцелели только торговцы, находившиеся в тот момент в портовых городах Северной Африки.

Согласно исследованиям, туареги считаются потомками берберов-зенага (европеоидная раса), смешавшимися с африканским и арабским населением Северной Африки. Берберы-зенага занимались земледелием в южной части Аравийского полуострова, однако в VIII в. были вытеснены арабскими завоевателями в Северную Африку, где перешли к кочевому образу жизни, сохранив при этом берберский язык и культуру.

Язык туарегов тамашек относится к берберским языкам, хотя внешне туареги сильно отличаются от берберов Атласских гор. При этом у туарегов существует особое «женское» письмо тифинаг (на языке тамашек), происходящее от древнего ливийского письма. Мужчины пользуются арабским алфавитом.

В сексуальном смысле женщины туарегов — самые свободные женщины мира. Дело иногда доходит до выяснения личности отца родившегося ребенка. Обычно это выясняется так: собираются всей деревней на совет и пытаются найти похожие черты ребенка и предполагаемых отцов. Когда доказательства найдены, ребенок записывается без согласия отца.

Согласно Морокко в туарегской культуре добрачный опыт считается преимуществом как у мужчины, так и у женщины. Уважение и свобода, даруемые туарегской женщине, ошибочно трактуются другими племенами, в которых у женщины гораздо меньше свобод. Само туарегское общество решительно осуждает проституцию.

Перед браком туарегские женщины наслаждаются удивительной свободой. Согласно Rodd, они не работают, и вместо работы танцуют, поют и сочиняют стихотворения. В туарегском обществе существует класс благородных и класс рабов. Некоторые племенные образования служат другим благодаря унаследованному статусу. Благородные женщины, у которых есть рабы, работают ничтожно мало. Они делают сыр и масло, пасут коз, считают дни. Считается, что они умеют обрабатывать кожи, а мужчины – шить и вышивать.

В отличие от своих соседок, туарегские женщины имеют право выбирать пару; у мужчин может быть больше одной жены, но обычно есть только одна. Иногда туареги проводят специальные мероприятия – «tendi» и «ahal», на которых молодые встречаются и танцуют танцы ухаживания. Tendi обычно проводится после обеда, ahal – вечером. На ahal могут играть музыканты. У туарегов даже есть аналог средневекового «суда любви» с «султаном» и «султаншей», избираемыми для управления этими двумя мероприятиями. Rodd утверждает, что часто после ahal девушка садится на верблюда и всю ночь едет на встречу с мужчиной, а потом они вместе возвращаются к ней. А иногда почитатель совершает прям-таки нечеловеческие путешествия, только чтобы увидеть свою даму.

Туарегская невеста управляет всей личной собственностью, включая скот; муж оплачивает расходы семьи. После брака от обоих ждут приличного поведения, но у женщины могут быть друзья и подруги (в западном значении слова «друг»). Туарегская пословица гласит: «Мужчина и женщина друг рядом с другом глазами и сердцем, а не только постелью».

В культуре туарегов силен матриархальный уклад. Мужчины занимают места вождей и членов совета, но положение вождя племени передается по наследству по женской линии. Наследование происходит по материнской стороне, и мужчина, который женится на женщине из другого племени, переходит в племя жены. Мужчина может передвигаться вверх по племенной социальной лестнице, женясь на женщине более высокого положения, но сами женщины редко выходят замуж за мужчин, которые по положению ниже их. Женщины принимают участие в соревнованиях на силу. Мужчины-туареги считаются одними из самых свирепых воинов пустыни и одними из лучших пустынных торговцев. Положение женщины в племени туарегов уникально.

Туареги сохраняют племенное деление и значительные элементы патриархального строя: народ делится на «барабанные» группы, во главе каждой стоит предводитель, власть которого символизирует барабан. А над всеми группами стоит вождь.

Крупнейшие группы племен — Юллемиден, Ифорас, Кель Ахаггар и Кель Адджер (юг Алжира), Кель Адрар (север Мали), Кель Аир (север Нигера), Кель Герес (Грес) (равнинные области), Аллеммеден Кель Деннек на востоке, Аллеммеден Кель Ататам на западе.

Глава — вождь. Власть вождя не безгранична, большинство решений принимается собранием предводителей «барабанных» групп, а мать аменокаля может наложить запрет на выполнение любого решения.

1.Вождь — аменокаль
2.Мать аменокаля
3.Собрания предводителей «барабанных» групп
4.Предводитель «барабанной» группы

5.Племенная или «барабанная» группа

По религии туареги — мусульмане-сунниты. Однако они сохранили много доисламских традиций, как например, матрилинейную родовую организацую, матрилокальное брачное поселение и матрилатеральный ортокузенный брак. Несмотря на то, что туареги исповедуют ислам, где разрешено многоженство, настоящий туарег женится только один раз в жизни.

Женщины пользуются уважением в туарегском обществе. Девочки с раннего возраста учатся читать и писать, а мужчине позволительно быть неграмотным. Основное занятие — мотыжное земледелие (зерновые, бобовые, овощи), совмещаемое с разведением мелкого рогатого скота. Часть туарегов, населяющая Алжирскую Сахару и пустыню Тенере, кочует со стадами верблюдов и коз.

Одежда

Аристократы белокожие, высокие и стройные. Одеты благородные обычно в рубашку без рукавов и широкие штаны. Поверх надета накидка синего цвета. На гру­ди перекрещиваются две широкие ленты, сплетенные из раз­ноцветных шелковых шнурочков, на концах которых — кисти. Мужчины покрывают голову белым или синим платком, которым закрывается лицо, откры­тыми остаются только глаза. Волосы заплетают в косы. На ногах сандали из кожи. Благо­родный носит каменный браслет, иногда — простое се­ребряное кольцо на пальце в качестве украшений.

У туарегской женщины-аристократки волосы заплетены в косички. Одета она в белую длинную рубашку и платок синего цвета. На шее у женщины украшения из серебра, кольца на руках. По праздникам женщины и мужчины красят брови и веки сурьмой.

Когда юноше исполняется 18 лет, его семья устраивает праздник, на котором туарегу дарят синий или белый платок — «тагельмуст» (шаш-араб.) или лисам, длина которого может доходить до 40 метров. С этого момента он считается взрослым, показываться на людях без лисама ему уже неприлично, и только за едой позволительно спускать лисам до подбородка.

В былые времена увидевшего лицо туарега ждала незавидная участь быть убитым им. В случае, если таковое сделать не удавалось, то туарег обязан был покончить жизнь самоубийством. Поэтому до сих пор встретить туарега, например, в тунисской Сахаре считается плохой приметой. А женщины туарегов лица не закрывают.

Сергей Кузнецов

13.3.1. Туареги. Запросы плоти. Еда и секс в жизни людей

13.3.1. Туареги

Общие сведения. Туареги – народ берберского происхождения, берущий начало от древних гарамантов, обитавших в Феццане (Ливия). Цивилизация гарамантов была разрушена римлянами, но освоение верблюдов в начале новой эры открыло беглецам Сахару, ставшую их убежищем и источником обогащения. В руки туарегов-гарамантов перешли караванные пути транссахарской торговли. Торговля с Черной Африкой привела к появлению негритянских рабов, со временем вошедших в состав туарегов. В последующие столетия шло переселение туарегов в зону Сахеля, приписываемое в легендах царице Тин Хинан (IV–V вв.

н. э.). Окончательно туареги были вытеснены из Северной Африки арабами в VII–XI вв. Туареги не были покорены арабами, но они приняли ислам и усвоили некоторые арабские обычаи.

Турегов всего 5,2 млн. человек, но расселены они на огромной территории пустыни Сахары и степей пограничного Сахеля. Больше половины туарегов живет на юге Сахары и в Сахеле – в Нигере, Мали и Буркино-Фасо – 3, 76 млн.; остальные на севере – в Алжире и Ливии – 1.44 млн. человек. Общетуарегский язык берберской ветви афроазиатской семьи языков, распался на диалекты примерно в IV в. н. э. Главные из диалектов – тамахак в центральной Сахаре и тамашек в Сахеле. У туарегов сохранилось, хотя в измененном виде древнеливийская алфавитная письменность тифинаг, которой владеют женщины и мужчины высшей касты. Туареги делятся на касты: благородных –

имхаров; духовенство – инислименов; пастухов вассалов – имрадов; слуг – икланов. Существуют и мелкие категории лично свободных людей, находящиеся в зависимости от имхаров.

Имхары являются туарегской аристократией. Название имхары «благородные» имеет тот же корень, что глагол «грабить». Раньше источником их существования был разбой. Преодолевать огромные расстояния в пустыне, грабить, рисковать жизнью, сражаться и убивать – вот жизнь, достойная высокородного туарега. К своим экспедициям имхары привлекали вассалов имрадов и отдавали им долю добычи. Вернувшись домой, они отдыхали: ухаживали за женщинами, сочиняли стихи, либо спали. Жили имхары за счет имрадов, которым передавали свой скот для выпаса, оставив себе лишь немного коз для еды и верблюдов для езды, и за счет живущих в оазисах земледельцев харатинов.

Для бытовых нужд у них были черные икланы. В свою очередь, имхары были всегда готовы к бою за своих вассалов имрадов. Имхары (и священнослужители инислимены) – самые европеоидные среди туарегов. Как правило, имхары высокого роста, худощавые и стройные, смуглые, но не темнокожие, с правильными чертами лица. Волосы не курчавые, а широковолнистые; встречаются серые и зеленые глаза. Держатся они с достоинством, благородно. Анри Лот, живший среди туарегов, описывает имхаров следующим образом:

«В общем и целом имхары гораздо утонченнее имрадов. Их наряд более изыскан, поступь благороднее, часто их можно отличить от вассалов по величавой осанке. Изъясняются они более изящным слогом, в их речи нет грубых выражений, присущих языку прислуги. Это отличие в поведении и языке особенно заметно у имхарских женщин. Последние иногда поражают своей грацией и хорошими манерами. Нередко они выглядят как настоящие «гранд-дамы» – европейские женщины из высшего общества, когда устраивают приемы в своих кожаных палатках. Они очень гордятся тем, что умеют хорошо принять гостей и ублажить их игрой на скрипке. Высоко ценятся у туарегов такие качества молодой девушки, как умение создать уют в палатке, мастерить какие-нибудь поделки из кожи, украшать их вышивкой (подарки друзьям или своему кавалеру), умение играть на скрипке».[288]

Туарег имхар (благородный) со своим верблюдом. Провинция Кайя (ныне в Буркина-Фасо). Середина ХХ в. Музей тропиков. Амстердам. Wikimedia Commons.

Инислимены – класс духовенства, выполняющие роль священников, духовных воспитателей и учителей Корана. В иерархии туарегского общества они следуют за имхарами. В некоторых племенах они имеют своих имрадов, хотя это запрещено Кораном. Инислимены, как и имхары, европеоиды и нередко, без особых на то оснований, претендуют на роль шерифов — потомков пророка. Имхары допускают браки с инислименами.

Самой многочисленной кастой являются имрады: их в 5–8 раз больше, чем имхаров. Имрады похожи на эфиопов. Они темнокожи, среднего роста, с европеоидными чертами лица, и волосами не такими курчавыми, как у негров. Название имрад происходит от слова эрейд — «козочка». В прошлом имрады не имели верблюдов, а разводили коз, овец и ослов. Попав в подчинение имхаров, имрады стали выращивать верховых верблюдов – мехари. Быстроногих мехари туареги использовали для набегов. В старой песне поется: «Дай мне мехари, седло и шатер – и я буду счастлив». Каждому имхарскому клану было подчинено несколько имрадских, которые платили дань козами, и предоставляли на время верблюдов. Имхары никогда не притесняли имрадов – брали только необходимое. Со своей стороны имрады участвовали в походах имхаров, и по сей день хранят лояльность сюзеренам, хотя намного их богаче. Как и имхары, имрады могли иметь своих икланов.

На положении крепостных находились оседлые земледельцы харатины; они выращивали в оазисах финиковые пальмы, просо, арбузы и дыни, а часть урожая отдавали имхарам. Харатины, как и имрады, внешне похожи на эфиопов. Нижнюю ступень кастовой иерархии занимают потомки рабов икланы – «слуги». По происхождению икланы – негры, захваченные туарегами во время набегов. Икланы выращивают для своих хозяев просо, пшеницу, ухаживают за их садами и огородами в оазисах, пасут их скот. В конце XIX–XX в. часть икланов была превращена в оазисных или чаще сахельских земледельцев; в некоторых местах икланы смешались с харатинами.

Жилье и одежда. Туареги располагают стоянки в местах, где пастбище богато кормом для скота и где близко есть водоем. Время пребывания на стоянке зависит от обилия корма на пастбище. Оно может длиться от десяти дней до месяца, в редких случаях – дольше. Переходы с пастбища на пастбище зависят от корма и обычно не больше 1–3 км, кроме случаев сильной засухи, когда приходится перебираться в более благополучный район.

У туарегов нет длинношерстых верблюдов, и они в отличие от арабов используют для палаток кожу. Палатка (эхан) представляет тент, сшитый из 30–40 квадратных кусков кожи (до 80 кусков, если это палатка для собраний). Высоко ценится мягкая и прочная шкура муфлона. Там, где муфлоны не водятся, используют бычьи кожи. Кожу пропитывают маслом, чтобы она стала непромокаемой, а затем подвергают обработке красной охрой, защищающей ее от солнечных лучей и дождя. Палатки разделены циновками на мужскую и женскую половины. Мужчина и женщина спят каждый на своей половине: мальчики – с отцом, девочки – с матерью. Спят на бараньих шкурах, на коврах, женщины даже на насыпанном в палатке тонком песке. Летом, когда особенно жарко, туареги иногда строят хижины из соломы: днем из-за жары пребывание в кожаной палатке делается невыносимым, и люди укрываются в тени, где только могут. В оазисах харатины и икланы складывают дома из плоских камней.

В одежде туареги предпочитают синий цвет, получаемый от краски индиго. Этой краской одежду не пропитывают (воду экономят), а вколачивают камнями. При носке краска осыпается, попадает на тело и окрашивает его, за что туарегов прозвали «синими людьми». Туареги утверждают, что краска на теле задерживает влагу, что позволяет пить меньше. Одежда состоит из широких штанов, завязанных на лодыжке, кожанного, обшитого белым холстом пояса и туники темно-синего цвета – доккали. В прохладную погоду носят шерстяные накидки. Их шьют в южных областях Сахары чернокожие портные; вся накидка состоит из сшитых полосок материи. На ногах у туарегов сандалии с широкой подошвой и с загнутыми носами, сделанные для ходьбы по песку и камням. Голову укрывает лисам – куском синей или белой ткани вроде шарфа. Его наматывают вокруг головы и закрывают лицо до глаз. Туарег не снимает лисам даже во время еды и сна. Он лишь слегка отодвигает его, чтобы положить пищу в рот. Высшие касты не татуируют и не раскрашивают тело, как это делают икланы.

Женщины не закрывают лицо: допустима лишь легкая вуаль в присутствии незнакомых. В отличие от арабских женщин, они не носят шаровар, а наматывают вокруг бедер кусок белого полотна в виде юбки. Сверху носят рубаху из белой ткани. Богатые женщины надевают на нее вторую рубаху цвета индиго. На плечи наброшено покрывало цвета индиго из полотна, тонкой шерсти или шелка. Женщины подкрашиваются хной и широко используют косметику. Накладывают на лицо охру для защиты от солнца и для красоты, красят губы индиго. На щеки и лоб наносят слой темной охры, глаза же подводят углем. Во время переездов надевают соломенные шляпы с широкими полями, чтобы укрыться от солнца. Туареги – мужчины и женщины, испытывают безудержную страсть к драгоценностям и украшениям. Имхары до недавнего времени, а некоторые по сей день, носят на поясе длинный меч – такуба, привилегию аристократов.

Большое внимание туареги уделяют прическе. Молодые люди бреют голову, оставляя лишь продольную полосу волос или прядь на макушке. Взрослые мужчины носят длинные волосы, заплетенные в косички, и выбривают спереди часть головы. Когда волосы начинают седеть, мужчины их бреют наголо. Туареги носят бороду, но бреют или коротко стригут усы, чтобы не мешали под лисамом. Женщины заплетают волосы в косички. У женщин принято причесывать друг друга. Эта работа, требующая времени и терпения, выполняется один-два раза в месяц. Сначала волосы расчесывают гребнем, посыпают песком или золой для удаления жира; затем уничтожают вшей. Потом «парикмахерша» отделяет от волос пряди и, смачивая их водой и маслом, заплетает в три-четыре косы, спадающие по обе стороны лица, либо во множество тоненьких косичек. Волосы смазывают маслом, чтобы предохранить от сухого, горячего воздуха, делающего их ломкими.

Пища. Еда туарегов ограничена продуктами кочевого хозяйства, финиками и крупами – сорго, просо, пшеницей, иногда, овощами и фруктами из оазисов. Питание однообразно и скудно: туареги по-настоящему едят раз в день – вечером, когда подоят скот. В течение дня они довольствовались лишь небольшим количеством молока. Молоко – верблюжье, козье или овечье, пьют разбавленным водой или кислым. Цельное молоко считается роскошью, позволительной кормящим матерям, детям и больным. Молоко пьют утром и вечером, после дойки; днем пьют сыворотку, оставшуюся от приготовления масла. Лишь верблюжье молоко употребляется в натуральном виде; козье и овечье молоко идет в переработку для получения масла и сыра. Молоко добавляют в каши, подливы, смешивают с толчеными финиками. Когда туареги совершают длительные переходы, они грузят на верблюдов бурдюки с молоком. В дороге молоко свертывается, и сыворотка, кисловатая на вкус, хорошо утоляет жажду. Однако молоко в основном идет на изготовление масла и сыра. Масло добавляют в каши, им мажут пшеничные лепешки, но никогда на нем не жарят. Сыр туарегов – это сухой творог: его измельчают и добавляют в похлебки и каши.

Туареги едят кашу из проса или сорго с верблюжьим молоком, маслом или сыром; из пшеницы они пекут лепешки. Кускус, заимствованный от арабов, приготовляют по торжественным случаям. Готовят его из манной крупы. Манку сбрызгивают водой, затем из полученной массы формируют крупинки, которые обсыпают сухой манкой, потом просеивают. Кускус варят на пару. Там, где удается получить от земледельцев овощи, туареги делают соус из помидоров, лука, тыквы и красного перца и поливают им каши и кускус. Туареги едят много сушеных фиников; их толкут и заливают верблюжьим молоком. Мясо едят изредка – на семейных торжествах, в дни праздников и в случае угрозы падежа скота от бескормицы. Мясо варят или запекают в золе. В пищу идет мясо верблюжонка, козы, барана, быка, мясо газелей, антилоп, муфлонов. Раньше туареги не ели верблюжатину, но под влиянием арабов, стали есть мясо молодых верблюдов. Туареги также не ели кур, яйца, рыбу и рептилий, то есть животных, которые летают, плавают или ползают. Сейчас, они едят кур и яйца. Как мусульмане, туареги воздерживаются от свинины и мяса бородавочника, и спиртных напитков. Но они любят кузнечиков: их поджаривают на углях, сушат, растирают в порошок и добавляют в пищу.

Когда туареги разделывают тушу, лучшие части – голову и вырезку со спины, отдают женщинам, а худшие – ноги, шею, хвост – икланам. Внутренности запихивают в желудок, перекладывая раскаленными камнями и, завязав желудок с обоих концов, кладут в горячую золу. По большим торжествам режут верблюжат и запекают в золе целиком. Это блюдо подается с крупнозернистым кускусом. При еде туареги, в отличие от мавров и оседлых берберов, пользуются ложками. С начала ХХ в. туареги стали пить зеленый чай с мятой, заимствовав обычай у арабов. Чайная церемония похожа на распитие чая у бедуинов. Иногда туареги добавляют в чай жареный арахис и миндальные орехи. Кофе, когда-то широко распространенный, ныне употребляется как лечебное средство при кашле или боли в желудке. Туареги очень любят жевать табак. В зоне Сахеля они усвоили негритянскую привычку жевать орехи кола.

Свобода женщин. Туареги – мусульмане-сунниты, но у них сохранились пережитки матриархата. Женщины пользуются невиданным у арабов уважением. Хотя ислам разрешает многоженство, туарег женится только один раз в жизни. Девочки с раннего возраста учатся читать и писать, а мужчины часто остаются неграмотными. Когда туарег женится, не жена приходит жить с родней мужа, а муж – с родней жены. В семье женщины владеют землями и семейными ценностями, и только им принадлежит право на развод. Дом туарегов называют по имени хозяйки – его главы. В случае развода муж покидает дом, оставляя там жену и детей. Женщины сами выбирают мужа, но только в пределах своей касты. Родовитая женщина не может взять в мужья простолюдина. Особо следует сказать о свободе туарегских женщин столь не похожей на затворничество, принятое у оседлых мусульман. Положение туарегских женщин вызывали шок у арабов. Известный путешественник Ибн Баттута, посетивший в 1352–1353 гг. туарегское племя муссафа, делится своими впечатлениями:

«Большинство жителей …принадлежат к числу берберов массуфа. Женщины их исключительно красивы и своим общественным значением превосходят мужчин. … Качества этих людей удивительны, а дела их странны. Что касается их мужчин, то у них нет ревности. Ни один из них не связывает свое происхождение со своим отцом, но связывает его со своим дядей по матери. Человеку наследуют сыновья его сестры, и исключаются его собственные дети. Такое же положение я видел только у неверных страны ал-Мулайбар в Индии. Что же касается этих массуфа, то они мусульмане, соблюдают молитвы, изучают законоведение и учат наизусть Коран. Что касается их женщин, то они не стыдятся мужчин, не закрывают лиц, несмотря на то, что усердны в молитвах. Если кто пожелает взять их в жены, он может это сделать. Однако они не следуют за своим мужем, если тот уезжает. Даже если бы какая-нибудь из них захотела сделать это, ее родственники непременно помешали бы ей». [289]

Здесь интересно сравнение туарегов с наирами Малабарского берега Индии (ал-Мулайбар). У наиров, та же матрилинейная система родства и наследования, когда нажитое мужчиной получают не его дети, а дети сестры. Что касается сексуальной раскрепощенности туарегских женщин, то она не идет в сравнение полигамными нравами наирок, нередко имевших по 8 – 10 мужей. Туарегскую аристократку скорее можно сравнить с французской дамой XVII–XVIII в., которая, не особенно скрывая от мужа, заводит поклонников на стороне. Ибн Батута возмущен до глубины души: одно дело – неверные наирские женщины в языческой Индии, другое – мусульманки, да еще берберки, ведь Ибн Батута сам из берберской семьи.

«У тамошних женщин бывают друзья и приятели из числа мужчин-чужестранцев, и точно так же у мужчин бывают подруги из числа посторонних женщин. И бывает так, что кто-нибудь из них входит к себе в дом, и находит свою жену вместе с ее другом, и не видит в этом ничего неприятного для себя. … Однажды я вошел к кади …, после того как получил его разрешение войти, и увидел, что у него находится молодая женщина изумительной красоты. Когда я увидел ее, я пришел в смущение и хотел уйти. Она же начала смеяться надо мной и не выказала застенчивости или стыда. Кади же спросил меня: «Почему ты уходишь? Это же моя подруга». И я подивился им обоим».[290]

Возмущают Ибн Баттуту и мужчины, допускающие подобный разврат:

Однажды я вошел к Абу Мухаммаду…, тому, вместе с которым мы прибыли …. Я нашел его сидящим на ковре, а посередине его жилища было ложе, с навесом для тени сверху; на ложе была женщина, и вместе с нею сидел мужчина. Они беседовали. Я спросил Абу Мухаммада: «Кто эта женщина?» И он ответил: «Это моя жена». Тогда я спросил: «А кто ей тот человек, что сидит вместе с нею?» Он же ответил: «Это ее друг». Тогда я спросил: «И ты допускаешь это? Ведь ты жил в наших странах и знаешь заповеди шариата!» Он же сказал: «У нас общение женщин с мужчинами происходит по-хорошему и приличным образом. В нем нет места подозрениям. Ведь наши женщины не похожи на женщин ваших стран!». Я же подивился его глупости, ушел от него и больше к нему после этого не приходил. Несколько раз он приглашал меня к себе, но я не ответил на его приглашение».[291]

Особо следует сказать о куртуазности имхаров — туарегов аристократов. Мужчины имаджеган похожи на средневековых рыцарей Прованса. Они не только грозные воины, но красиво ухаживают и посвящают возлюбленным стихи. Они умеют передать любовные сообщения втайне от присутствующих с помощью воспроизведения знаков тифинага на ладони собеседницы. Женщины аристократки достойны своих поклонников – они владеют грамотой, сочиняют стихи и песни и поют под аккомпанемент амзада – однострунной скрипки. Эти песни, а также эротические пляски исполняются на ахалах – собраниях незамужних женщин и юношей. Такой ахал описал А.В. Елисеев, побывавший у туарегов в конце XIX в.:

«Раз я попал даже на оригинальное пиршество, которое давал… один из вождей туарегов… Здесь кроме мужчин было много и женщин. Дочери пустыни были одеты в длинные голубые одеяния, украшены ожерельями и кольцами. Многие из них имели лица, окрашенные желтою охрою… Среди туареженок особенно выделялась дочь вождя, которая при своей красоте была кокетливо одета в белоснежное короткое одеяние с красным поясом… Эта красивая девушка… переносила все лишения не хуже воина-туарега, прекрасно владела луком, копьем и небольшим кинжальчиком, который она носила на левом предплечье… Ночь уже спустилась над пустыней, когда празднество началось. Около сотни туарегов обоего пола уже наполняли лагерь и шумно беседовали между собою. Старики сидели особо, пережевывая и нюхая табак с едким натром, между тем как молодежь затевала игры и пляски. Кружки с молоком и водою, приправленною душистым медом, обходили гостей. Девушки образовали хоровод, молодые мужчины – тоже свой круг, двинувшийся в противоположном направлении…».[292]

Среди туарегов всегда было много поэтов и романтиков. Следует сказать, что свободное общение полов практикуется у туарегов с детства. По мере полового созревания юноши и девушки получают сексуальный опыт, и потеря девственности не считается зазорной. Если девушка забеременела и родила ребенка, то тоже ничего страшного не случается. Собираются всей деревней на совет и пытаются найти похожие черты ребенка и возможных отцов. Когда предполагаемый отец найден, он считается отцом ребенка вне зависимости от его согласия.

Сексуальная свобода туарегских девушек и женщин, возможно, объясняет отсутствие у имхаров и имрадов педерастии, столь популярной у арабов Магриба и Египта. Лишь у икланов педерастия распространена, но именно молодые икланы испытывают трудности с сексом: лучших женщин, как наложниц, разбирают господа, а юношей посылают на выпас стад вдали от селений, и они по выражению жившего среди туарегов отца де Фуко «устраиваются, как могут».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Кочевники туареги: синие люди Сахары, живущие при матриархате | Блогер rianulla на сайте SPLETNIK.RU 3 февраля 2017

В продолжении темы поста , сплетницы — Glow26

 http://www.spletnik.ru/blogs/vokrug_sveta/139171_matriarkhat-plemya-moso

Туареги – один из самых загадочных народов Африки. Современные кочевники сохранили древнюю культуру, и многое в их повседневной жизни кажется нам удивительным. Пожалуй, их главное отличие от всего остального мира – это традиция матриархата. Только здесь девушкам до свадьбы разрешается иметь несколько любовников, а мужчины после достижения совершеннолетия обязаны носить лицевое покрывало. 

Мужчины закрывают лицо специальной повязкой


Туареги – мусульмане по вероисповеданию, однако их религиозные традиции очень оригинальны. Издавна здесь было заведено, что именно мужчина не должен открывать лицо. В день совершеннолетия юноша получает от отца две главных подарка – обоюдоострый меч и специальную лицевую накидку. Без нее нельзя выходить на люди, ее же нужно носить и дома, прикрывая лицо даже во время еды и сна.

Кроме того, туареги носят особые туники цвета индиго, за это их даже прозвали «синими людьми Сахары». Доподлинно неизвестно, для каких целей служит одеяние: по одной из версий – оберегает туарегов от злых духов, по другой (более прагматичной) – защищает от пыли и песка. Интересно, что туареги окрашивают ткань специфическим способом: экономя воду, они не пропитывают ее краской, а «вколачивают» ее камнями. Со временем краска начинает осыпаться, и кожа туарегов часто имеет синий цвет, как у настоящих аватаров.

Мораль в отношении девичьего способа жизни вполне демократична: девушкам разрешается познать нескольких любовников до замужества.  Как правило, мужчина может приехать в шатер возлюбленной, провести с ней ночь, но это отнюдь не гарантия того, что он останется здесь же и в следующий вечер. Как правило, девушки выходят замуж в возрасте 20 лет, претенденты на руку и сердце должны упражняться в стихосложении, посылая красавице поэтические строки. Девушки имеют право им ответить, правда, используют они свой уникальный алфавит «тифинаг», усвоенный от матери (мужчины в этом племени используют латинский или арабский алфавит).

Туарегская пословица гласит: «Мужчина и женщина рядом друг с другом глазами и сердцем, а не только постелью».

Туареги носят огромное количество украшений


В обществе туарегов сложился удивительный строй: мужчины превосходно владеют боевым искусством, они бесстрашные воины и прекрасные торговцы, женщины – хранительницы культурного наследия, именно они обучены грамоте, продолжают фольклорную традицию. Словом, этнос туарегов – яркий пример того, что в социуме равноправие мужчин и женщин – достижимо. Главное – правильно распределить обязанности.

Фото 1967 года. Дети туарегов после развода остаются жить с матерью

Значительную часть рациона питания туарегов составляют молоко и молочные продукты. Кроме того, в питании используется просо, иногда пшеница. Важную роль играют также сушеные финики с верблюжьим молоком.

Хотя все считают туарегов животноводами, мясо они потребляют в пищу только в исключительных случаях — на семейных торжествах, в дни религиозных праздников, а также при опасности массового падежа скота от бескормицы.

В Африке проживают предположительно более миллиона туарегов, которые разделены на множество племен.

Небольшая видеозарисовка из жизни туарегов для тех, кто хотел бы увидеть, как живут эти загадочные люди.

В кейптаунском океанарии собрано более 300 видов рыб из двух океанов, омывающих юг Африки: тёплого Индийского и холодной Атлантики. Тюлени облюбовали гавань городского порта.

А ещё здесь неожиданно прохладно. В Африке сейчас весна — самое, кстати, лучшее время для приезда сюда. Однако 16°С совсем не вяжется с имиджем самой жаркой точки планеты. Лёгкий дождичек накрапывает, благословляя в дальнюю дорогу шесть стандартных Туарегов, что выстроились на набережной морского порта, и одну машину сопровождения — тоже Touareg, но прошлого поколения. Экипажам инструктаж, технике — последняя проверка перед пятидневным путешествием. В ногах ощущается ватная неуверенность, в душе — лёгкий испуг вперемешку с нетерпением. Ну, поехали же скорее!

На асфальте Touareg — что представительский седан: комфортен и отлично изолирован от внешних шумов. Однако рулевому приводу не помешала бы ещё капелька информативности, и с чувством габаритов не всё гладко. За видимым с водительского места краем капота прячутся добрые полметра нарядного фасада. На парковках выручают сонары и камеры, а в тесном кустарниковом буше легко подпортить машине мордашку.

Первые километры уходят на адаптацию к левостороннему движению, наследию колониального прошлого. Основательнее всех тут отметились британцы. Нет, я не путаю полосы движения, но перестроить сознание получается не сразу. Сложнее всего привыкнуть не к рулю справа, а к зеркалам заднего вида, поменявшимся местами. Шоссе в ЮАР образцовые, трафика за пределами крупных городов почти нет. Но круговые развязки, так любимые европейцами, здесь не в почёте, поэтому наш караванчик время от времени расчленяет красный сигнал светофора. Пока стоим, глазею по сторонам.

Африканцы приветливы и открыты. Например, один из полисменов, оставив свой пост, проводил нас за 500 метров до ближайшего банка. Больше всего меня впечатлили детишки, улыбчивые и очень любопытные.

Вдоль дорог — кварталы однотипных домишек, огороженных глухими каменными заборами. Это тауншипы — посёлки-резервации для местного населения. Изнанка «белой Африки», которую не увидишь даже с самого высокого этажа фешенебельного кейптаунского отеля.

— Окна не открывать, из машин не выходить, — просыпается рация в Туареге. Днём здесь относительно спокойно, но окажитесь вы в чёрном квартале после захода солнца…

Скоро тауншипы уступают место другому частному сектору: тут уютные коттеджи, утопающие в зелени, дорогие машины…

Свои заводы в ЮАР открыты у дюжины крупных автопроизводителей. Одна только Toyota выпускает ежегодно более 220 тысяч единиц техники. Занимающий второе место Volkswagen — более ста тысяч. Автопарк здесь весьма пёстрый. Встречаются и индийские Таты, и малайзийские Протоны. Но формируют основу городского потока всё же Фольксвагены — малолитражка Golf ещё первого поколения, выпуск которой здесь прекращён лишь три года назад, и пикапы разных мастей. В Африке траки и малотоннажные грузовички — национальный транспорт, выполняющий кроме прямых обязанностей и роль пассажирских маршруток.

На работу с ветерком, и главное — окна не потеют.

Наши Туареги самые обычные, с 240-сильными турбодизелями и восьмиступенчатыми «автоматами». Две машины «заряжены» по полной: пневмоподвеска и внедорожный пакет Terrain Tech с продвинутой трансмиссией 4Xmotion, позволяющей блокировать центральный и задний дифференциалы. Остальные — с обычным свободным Торсеном.

На континенте более 200 тысяч километров дорог, но только треть из них с твёрдым покрытием. Остальное — грунтовки. Их точную протяжённость, скорее всего, не знает никто. Поначалу насыпное покрытие чередуется с асфальтовым, пунктиром разбавляя монотонность движения колонны. Но чем дальше в глубь материка мы уходим, тем больше приходится трястись на ухабах. А затем очередной грунтовый отрезок не кончается ни через километр, ни через час, ни через день! Пыльный шлейф, поднятый внедорожниками, растягивается на несколько километров. Видимость в зависимости от плотности конвоя колеблется от «ни черта ни видно» до «иду по приборам». Примерно раз в два часа из рации доносится: «Всрэчка, всрэчка». Это немецкие проводники, освоив русский, предупреждают экипажи о встречных машинах, выныривающих из пылевого тумана. Бывали дни, когда рация молчала совсем.

Не самый пыльный из участков маршрута, и уж точно не самый монотонный: есть рельеф и повороты. Большинство дорог в Африке прямые и плоские.

И это не тропа, проложенная бушменами, а самая обычная дорога, как принято говорить у нас, федерального значения. Со знаками приоритета и указателями крупных населённых пунктов. На Туареге по такому тракту можно валить хоть 160 км/ч — курсовая устойчивость потрясающая! Трёхрежимная пневмоподвеска подстраивается под любой рельеф трассы, а «автомат» если и путается время от времени в восьми передачах, то только в совсем уж медленных местах. И никакой пыли в салоне! За эффективную систему вентиляции фольксвагеновским инженерам отдельное спасибо.

Туареги с двухступенчатой «раздаткой» едут по каменистым тропам без надрыва в трансмиссии, присущего машинам, лишённым спецпакета.

Переоценить помощь пневмоподвески в таких условиях сложно. А вот на просёлке и стандартного клиренса в 220 мм хватает за глаза. Тем более что подкачанные пневмоэлементы брыкаются, уменьшая контакт колёс с грунтом и снижая точность руления. Жаль, система стабилизации не отключается полностью: прихватывает колёса при слишком размашистой езде. Подружиться с ней несложно, достаточно работать баранкой в малых углах.

Как-то вдруг мы осознали, что настоящая Африка, куда мы так стремились, уже вокруг нас. Только это не слоны и жирафы, гуляющие по саванне, а самая обычная пустыня, высушенная, словно вобла. Назови её хоть вельдом, хоть бушем — суть не изменится: пустота от горизонта к горизонту. И пятнадцать отчаянных парней возле покрытых толстым слоем пыли Туарегов. Похоже, на несколько сот километров вокруг мы тут — единственные двуногие! Остановка, к слову сказать, внеплановая: пробито колесо. Первое и, увы, не последнее.

Наиболее урожайным на пробитые шины стал третий день путешествия: сказываются усталость и ранние подъёмы. Но если не считать незапланированных пит-стопов, весь маршрут Туареги одолели без проблем. Ну разве что на одной машине отвалился пластиковая защита моторного отсека.

Готовившие Туареги к путешествию немцы, видно, ещё более отчаянные ребята, чем мы! Отправиться в глубь Африки со штатными докатками — верх самоуверенности. Инструкторы Андреас и Роберт те ещё непоседы: однажды совершили марш-бросок с западного побережья Португалии до Магадана, ни разу не достав домкрат из багажника. Повезло. Да и по Чёрному континенту накатали не одну тысячу километров. Удивительно, что и мы в первый день, пробираясь по острым камням, не порезали ни одной покрышки. Зато на следующий разом удвоили счёт. И если одно из колёс отметилось по формульной терминологии медленным проколом, то другое бабахнуло без явных причин на полном ходу. Может, жара виновата?

Наскальная живопись африканских бушменов сохранилась лишь там, куда не дотягиваются солнечные лучи и редкие в этих местах дожди.

Причудливые камни — результат многовековой работы матушки-природы. Но трудно поверить в их естественное происхождение. Гораздо проще представить сотни рабов, занятых на благоустройстве территории. Одни придерживают каменный свод от падения, другие сооружают опору из мелких булыжников. «Вира, майна, готово!» Прораб-рабовладелец двигает бригаду дальше… Уверен, дело было именно так.

Африка потребляет более половины солнечной энергии Земли. В году здесь не более десяти пасмурных дней, и летняя нормальная температура 45°С. В принципе не так уж и далеко от рекорда, зафиксированного в 1948 году в пустыне Калахари – 51,7°С. Прохлада Кейптауна осталась позади, и термометр в Туареге высвечивает 28 градусов. Вроде бы вполне комфортно. Присев в тенёчке, можно и пожалеть о том, что не захватил с собой тёплую куртку, но стоит выйти из укрытия… Даже утром солнце печёт так, что хочется скинуть с себя всю одежду. Днём жару усугубляет безветрие, а отпускает она только ближе к сумеркам.

— Сильнее топайте ногами, отходя на обочину по нужде, – наставляют нас, — здесь очень много змей, которые в закатные часы выползают на камни погреться. В их числе и кобры.

Селение с почтовым домиком — райцентр по местным меркам.

Здесь есть школа, обувная фабрика и даже автосервис. Но вид местной колокольни вызывает приступ тревоги. Чувство некоей безысходности укрепляет брошенная на задворках села техника.

Наверное, мы чемпионы по топанью, раз за пять дней не встретили ни одной змеи. Зато повидали носорогов, жирафов и львов. А на страусов, зебр и всяких антилоп в какой-то момент даже перестали обращать внимание. Подумаешь, экзотика! Места, где водится одна голова скота на гектар саванны, — как бы заповедники. На деле — частная, огороженная проволочным забором под напряжением территория с обслуживающим персоналом, вынесенными за периметр заказника бунгало для туристов, бассейнами, ресторанами… В одном из таких оазисов мы пересаживаемся с Туарегов в старенький трёхосный Defender. За рулём крепкого вида дама с обветренным лицом, низким и оттого ещё более убедительным голосом:

— Рядом с животными ведите себя тихо. Руками не размахивать, из машины не выходить!

Проехав несколько десятков километров вдоль символического проволочного забора, мы вдруг узнали, что это заповедник с диким зверьём. Правда, у хищников отдельные, хорошо изолированные вольеры, а на остальной территории можно бродить, не опасаясь нападения. Или, уютно устроившись на капоте Ленд Ровера, выкурить сигаретку.

На площади более 10 000 км² нет разве что слонов и леопардов. У львиного прайда, состоящего из самца и двух самок, своя, огороженная дополнительным забором территория. Самостоятельной охотой они не занимаются, пищу доставляют в специально отведённые места. В тридцати метрах от нашего Ленди появляется косматая грива царя зверей — еду подвезли! Лев один, остальные обходят сзади. Однако хищник давно привык и к песочного цвета Ленд Роверу, и к стрекоту затворов фотоаппаратов. Идёт мимо с гордо поднятой головой по своим львиным делам.

Звери хоть и привыкли к присутствию человека, но дикие. Даже те из них, которые не кажутся опасными, могут атаковать, обороняя свою территорию.

Нападения гепардов на взрослого человека редки — слишком велика добыча для кошек. А вот на появление ребёнка взрослая особь реагирует моментально. Будьте осторожны!

Семейка носорогов тоже проходит в непосредственной близости от нас. Но пятитонный самец решает-таки показать, кто в Африке хозяин. Спокойная походка вдруг сменяется рысцой. Опасное сближение! Задний ход, газ — и мы откатываемся на безопасное расстояние. Я, кстати, совсем не испугался, только последние снимки оказались почему-то сильно размазанными. А знаете, кто в этих краях самый опасный? Буйвол! От его копыт погибает больше людей, чем от львов и крокодилов, вместе взятых. Потому рядом со стадом спокойных с виду животных мотор остаётся работать при включённой передаче. Излишняя перестраховка? Одной из самок надоело наше присутствие, и она лишь парой встречных шагов выразила своё недовольство. Но инициативу немедленно подхватил самый крупный самец. Феноменальная скорость! Представьте себе гружёный КамАЗ, оставляющий позади парочку суперкаров на старте. Примерно то же самое и с буйволом. К счастью, он лишь припугнул нас…

Прощай, заповедник! Снова здравствуй кажущаяся бесконечной пыльная грунтовка! Одинокие домики у обочин, пробитые колёса. За пять дней мы уничтожили четыре шины. Не так уж и много, учитывая особенности маршрута, но Туареги на костылях-докатках снижают ход каравана. После короткого совещания один из немецких проводников, загрузив в багажник внедорожника резиновые лохмотья, отправляется к ближайшему дилеру Volkswagen, чуть более чем в двухстах километрах пути. Поредевший конвой берёт курс к финальной точке нашего маршрута — мысу Доброй Надежды.

Над слиянием двух океанов разговаривать между собой приходится на повышенных тонах. Грохочут метровые волны. После группового снимка я спустился к воде, бросив на прощанье монетку. Вернуться в Африку — моя мечта!

Вообще-то официальный финиш должен был быть там же, где давался старт, в Кейптауне. Нам надлежало вернуться к точке отсчёта, распаковаться и идти на прощальный ужин. Как-то мелковато для эпического путешествия. Нам нужна настоящая цель. Такая, чтобы не спускать глаз с одометра, отсчитывающего оставшиеся километры. Чтобы приехав к месту, я смог бы произнести лишь одно слово: «Обалдеть!» Подходящее место предложил Константин Сорокин из «Авторевю», не раз бывавший в этих местах. Спасибо, Костя, — мы обалдели.

Только здесь, в месте слияния двух океанов я понял, насколько прекрасна Африка. Она не чёрная, как я думал раньше, и не бурого цвета пыли, которая въелась и в одежду, и в нас самих. Африка разноцветная. Недаром ЮАР называют Радужной страной. Она впитала все краски природы. Такой я её и запомню. Что же касается Туарегов, позволивших превратить авантюрную вылазку во вполне комфортную прогулку, то об их недюжинных способностях мы знали и раньше. Просто лишний раз убедились.

Фотографии, не вошедшие в материал, вы, как обычно, можете найти на странице DRIVE.RU в Facebook.

Кто такие туареги? | The Economist

В ЭТОМ месяце правительство Мали должно выполнить ключевые положения мирного договора с повстанцами-туарегами на севере страны. Сделка шла давно. Он был подписан более года назад и является результатом боевых действий, которые начались в 2012 году. Повстанцы надеялись сформировать «Азавад», независимую нацию туарегов. Даже сейчас они владеют стратегическим городом Кидал. Но кто такие туареги и что их ждет в будущем?

The Economist Today

Собранные вручную истории, в вашем почтовом ящике

Ежедневное электронное письмо с лучшими достижениями нашей журналистики

Туареги — это группа берберских кланов неизвестного происхождения.Легенда гласит, что при их первой королеве, Тин Хинан, они переехали в Сахару около 400 года нашей эры. В средние века туареги доминировали на прибыльных торговых путях через пустыню. Тимбукту, известный во всем мусульманском мире как интеллектуальный центр, был основан семьей туарегов в 12 веке. Состояние туарегов пошло на убыль после прихода французов в 19 веке. Их лидеры были убиты, а их традиционные конфедерации распались. После обретения независимости северо-западом Африки в 1960-х годах туареги были разделены границами нескольких постколониальных государств.

До сих пор насчитывается около 2 млн туарегов, в основном в Нигере и Мали. Но окруженные иностранным большинством, они были маргинализованы: земельные реформы ограничивают их традиционное кочевое скотоводство, а торговые ограничения держат их в бедности. Безудержное опустынивание вряд ли поможет. Многие туареги перебрались в города или живут в убогих лагерях. Экономическая напряженность в отношениях с ближайшими соседями усугубляется самобытными традициями туарегов. Хотя они мусульмане, они сохраняют доисламские верования в духов и экзорцизм.Отношения между мужчинами и женщинами также менее аскетичны, чем в других исламских обществах. Поразительно, но вуали носят мужчины-туареги, а не женщины. Более того, некоторые кланы туарегов небрежно относятся к сексу до брака. Язык туарегов тоже особенный. Связанный с другими берберскими языками, он написан собственным письмом, восходящим к древним временам. Их музыка славится гипнотической смесью пения и барабанного боя. Другие практики туарегов менее очаровательны. Рабство является обычным явлением, несмотря на попытки правительства подавить его.

Культурная гордость в сочетании с экономическими трудностями подтолкнула туарегов к борьбе за независимое государство. Еще до конфликта 2012 года они трижды восставали против правительств с 1962 года. Между тем их собственная изоляция подталкивала их искать помощь везде, где они могли. В течение многих лет Муаммар Каддафи финансировал боевиков туарегов; В 2012 году к повстанцам присоединились филиалы «Аль-Каиды» и другие исламистские боевики. Эти союзы оказались непостоянными. Ливия изгнала тысячи туарегов в 1980-х годах, а восстание 2012 года закончилось столкновениями между повстанцами-туарегами и иностранными джихадистами.Поселения на основе переговоров могут оказаться более прочными: общины туарегов теперь пользуются некоторой автономией в Нигере. Предыдущие соглашения с Мали способствовали улучшению отношений с армией, и новый договор обещает туарегу более громкий голос в правительстве. Тем временем другие туареги несут знамя своей культуры. Первый художественный фильм о туарегах был снят в 2014 году. Группы туарегов сейчас популярны во всем мире. Самый известный из них Тинаривен выступает в Лондоне и Нью-Йорке. Заработать гламур за границей — это одно; Азавад в пустыне остается далекой перспективой.

Туареги — Амман Имман: вода — это жизнь

Аура таинственности и романтики окружает пустынных кочевников, известных как туареги. Давно известные как воины, торговцы и способные проводники через засушливую и суровую пустыню Сахара, туареги обнаруживают, что их независимость находится под серьезной угрозой, поскольку повторяющиеся засухи убивают их стада, а международные границы значительно ограничивают их странствия. Многие были вынуждены отказаться от кочевого образа жизни и вести оседлый образ жизни, создавая небольшие деревни или переезжая в города на заработки.

Туареги представляют собой сахарское ответвление берберов, проживавших в Северной Африке несколько тысячелетий. Хотя сегодняшние туареги номинально являются мусульманами, их предки бежали в пустыню Сахара, чтобы не покориться арабским завоевателям и не принять ислам. В результате арабских завоеваний в 7 веке нашей эры, а затем иммиграции бедуинов в Северную Африку в 11 веке нашей эры, многие берберские группы искали убежище в оазисах Сахары. Там они приняли кочевой и хищнический образ жизни по образцу своих захватчиков.

Несмотря на то, что они сохранили язык и многие обычаи своих берберских предков, туареги развили собственную уникальную культуру, подлинный синтез многих традиций, включая не только берберских и арабских, но и элементы коренных народов, которые проживают в Сахеле. Политические организации туарегов простираются за пределы национальных границ, и эти кочевые скотоводы населяют территорию в Северной Африке от центрального Алжира и Ливии на севере до северной Нигерии на юге и от западной Ливии на востоке до самого далекого западного Тимбукту в Мали.По оценкам, сегодня насчитывается 1,3 миллиона туарегов, большинство из которых проживает в Мали и Нигере.

Общество туарегов традиционно феодальное, с пятью кастами: дворяне, вассалы, святые, ремесленники и рабочие (бывшие рабы). Туареги традиционно моногамны и имеют матрилинейную систему наследования. В этом они резко отличаются от своих сородичей-берберов, арабов и большинства других народов к югу от Сахары.

Большинство туарегов азаваков сохранили полностью кочевой образ жизни и пасли скот, верблюдов, коз и овец.Они проживают в лагерях от 50 до 150 человек и живут в палатках на деревянных шестах, покрытых брезентом из окрашенной в красный цвет козьей шкуры.

В сезон дождей они меняют лагерь каждые три-четыре дня в поисках самых зеленых пастбищ для своего скота. В засушливый сезон они часто перемещаются в поисках воды, но предпочитают оставаться в непосредственной близости от своей «родной территории», земли, передаваемой из поколения в поколение.

Поселки оседлых туарегов становятся все более и более распространенными по мере сокращения поголовья скота.Это явление в значительной степени связано с изменением климата, которое привело к более коротким и коротким сезонам дождей и более длительным периодам засухи, и, следовательно, уменьшению количества пастбищ для выпаса животных. Не имея животных для производства молока и мяса или средств обмена на торговые товары, кочевники селились в небольшие деревни с населением от 100 до 300 человек и пытались жить за счет натурального сельского хозяйства, в основном выращивая зерновые, просо и сорго. Эти оседлые люди покидают свои деревни в самые суровые месяцы засушливого сезона, когда им тоже приходится перемещаться из одного отдаленного источника воды в другой.

Племенной образ жизни: жизнь туарегов — Оотлах

Племенной образ жизни всегда привлекал людей, живущих в городах. Жизнь кочевников Сахары, таких как, например, племя туарегов, во многих отношениях сильно отличается от жизни горожан.

Как тогда выглядит этот племенной образ жизни? Как живут туареги или кочевники Сахары?

В рассказах первых путешественников их часто называют «синими людьми пустыни Сахара». Мужчины-туареги известны тем, что покрывают свои лица тканью цвета индиго.И, к сожалению, это степень осведомленности многих людей о туарегах.

Итак, давайте здесь погрузимся в племенной образ жизни и узнаем больше о жизни кочевников Сахары.

Кто такие туареги

Туареги — это значительная этническая группа, которая пересекает границы нескольких стран, но не имеет большинства жителей в какой-либо конкретной стране. Туареги называют себя Имохаг, что означает свободный человек.

Язык туарегов называется тамачек, но туареги также используют письменный алфавит, известный как тифинаг.

Они ведут полукочевой образ жизни в пустыне Сахара, в странах Северной Африки, таких как Мали, Нигер, Ливия, Алжир и Чад. Полукочевой образ жизни означает, что они много путешествовали, но у них также были дома и земли, на которых они выращивали урожай.

В старые времена общество туарегов было разделено на тех, кто ухаживал за землей, и тех, кто этого не делал, вспашка земли была делом низших классов, в то время как высшие классы работали в торговле.

Однако со временем ситуация изменилась, так как торговля была исключена.

Ранняя история

Туареги, принадлежащие к группе берберов, уже более тысячи лет живут в экстремальных условиях в самом сердце Сахары.

Туареги впервые пересекли пути современной цивилизации в начале четырнадцатого века, когда через территорию туарегов возникли торговые пути к прибыльным рынкам соли, золота и слоновой кости между Северной Африкой, Европой и Ближним Востоком. Туареги начали заниматься торговлей и полностью контролировали эти маршруты, поскольку они хорошо знали Сахару.

После образования национальных государств в регионе в начале 1960-х годов правительства начали вводить ограничения на торговлю с соседними странами в целях защиты национальных экономических интересов. В результате туареги начали терять экономическую мощь и политическую мощь.

Легенда о покрывале

Самый известный и самый загадочный аспект мужчин туарегов — синяя вуаль.

Туареги начинают носить чадру в возрасте 25 лет.Эта синяя вуаль скрывает все их лица, кроме глаз. Его практически не снимают, даже на глазах у членов семьи.

Принято считать, что чадру начали носить мужчины, чтобы защитить свое лицо от песков Сахары. Однако, почему это приобрело такое значение, неизвестно. Согласно одной из гипотез, это потому, что они считают, что мужчины должны скрывать все эмоции и не показывать мимику, особенно перед незнакомцами.

Туарег брак

Мужчины часто пишут красивые стихи и разными способами пытаются завоевать расположение женщин.Это главным образом потому, что окончательное решение остается за самими женщинами.

Когда женщина наконец говорит «да», они начинают подготовку к свадьбе, которая представляет собой тщательно продуманное мероприятие на неделю.

Когда женщина выходит замуж, члены ее семьи обычно дарят ей палатку в качестве приданого. Невеста часто держит эту палатку при жизни. Туареги считают, что дом принадлежит женщине.

Женщина также владеет домашним скотом. Возможно, это связано с тем, что мужчины много путешествуют.И поскольку они много путешествуют, люди высоко ценят своих верблюдов и мечи, считают их своим самым ценным положением.

Племенной образ жизни

Туареги в основном живут в палатках. Они делают эти дома-палатки, устанавливая деревянные столбы, а затем покрывая их тканью или тканью. И чтобы охладить эти дома и предотвратить попадание песка пустыни внутрь, они положили соломенные циновки на внутреннюю часть тканевых стен.

Туареги верят в обучение всех членов своего племени.Всех маленьких детей учат читать, а также учат учениям Корана.

Племя туарегов — одно из немногих матрилинейных племен в мире; это означает, что семейная линия прослеживается через женщин, а не через мужчин.

Одним из значительных источников дохода туарегов является продажа их произведений искусства и ремесел. Это искусство в основном состоит из ювелирных изделий, кожаных и металлических украшений для седел, а также красиво обработанного оружия, которое включает в себя обоюдоострые мечи, кинжалы в ножнах, железные копья и кожаные щиты.

Туарег Фуд

Туареги не часто едят мясо. Они не вегетарианцы, просто домашний скот слишком драгоценен. Они едят мясо только по особым случаям, например, на праздниках и свадьбах.

Они заменяют это потреблением большого количества немясного белка, такого как молоко и сыр. В их рационе также много фиников и дыни.

Иногда, по особым случаям, они пьют прекрасный напиток под названием «Эгаджира», который готовят из тертого проса, фиников и воды, смешанной с сыром.

Танцы и музыка

Туареги проводят ежегодное мероприятие под названием Festival de l’Aïr. Этот фестиваль прославляет культуру туарегов через танец, поэзию и музыку. В танцевальных церемониях участвуют только рабочие мужчины, женщины-туареги не танцуют перед незнакомцами, а дворяне не танцуют из-за страха выглядеть недостойно.

Туарегская музыка приобрела некоторое международное внимание благодаря музыкальной сцене «пустынного рока», особенно таких групп, как Tinariwen и Tamikrest.

Чтобы узнать больше о племенном образе жизни, см. Также:

Своеобразные культуры: странные племена по всему миру

Чего хотят туареги? | Мнения

Чего хотят туареги? Шутливый и в то же время честный способ ответить на этот вопрос — найти человека по имени «туарег» и спросить его.С таким же успехом вы можете найти «англичан» или «японцев» и спросить их, чего они хотят, пока вы занимаетесь этим.

Нация или народ редко, если вообще когда-либо, думают как одно целое. В случае туарегов различия и дисгармония усугубляются их обширной средой обитания в пустыне и рассредоточенным кочевым образом жизни, которые обычно ставят верность крови и племени выше верности нации или идеологии и препятствуют коллективным мыслям или действиям.

Можно утверждать, что само понятие народа, называемого « туареги », является изобретением исследователей и антропологов 19-го века, которые переняли это надплеменное и чуждое (т.е. Arab) собирательное существительное, с которым можно объединить амазигские или берберские кочевые племена южной Сахары.

Можно утверждать, что само понятие народа, называемого «туареги», является изобретением исследователей и антропологов 19-го века, которые приняли это надплеменное и чужеродное (т.е. арабское) собирательное существительное, с которым можно объединить в группу амазигов или берберов. кочевые племена южной Сахары.,

,

До «туарегов» существовали только разные кланы, слабо связанные по языку и культурным привычкам; Тайток, Кел Гела, Кел Аджер, Кел Гресс, Кел Фадей, Кел Ферван, Ифогас, Тагат Меллет, Ивеллемеден, Чаманамас, Кел Антессар, Дауссахак — список длинный.И все эти кланы в дальнейшем разделились на подкланы. Этот исторический фон и тот факт, что туареги делят свое жизненное пространство с другими этническими группами, такими как арабы, фулани и сонгои, у всех из которых есть собственная многоуровневая клановая структура, делают Сахару одним из самых сложных мест на земле для постороннего человека. понимать.

Сегодня, с неизбежным ослаблением старых племенных образов мышления, туареги состоят из людей с остаточными племенными привязанностями, разным уровнем благосостояния и социальным положением, разным отношением к религии, жизни и миру за пределами их горизонта.

Среди туарегов на севере Мали вы найдете самые разные мнения — от убежденных националистов до убежденных исламистов и искренних лоялистов — вплоть до Республики Мали. Светские кадры и пехотинцы Национального движения за освобождение Азавада (НДОА) по-прежнему цепляются за свою националистическую мечту о полной независимости от Мали, несмотря на резкую утрату военного превосходства и преимущества на местах. Лидеры исламистского ополчения «Ансар Дайн» верят, что Аллах и его непоколебимый закон восстановят их мир.Лоялисты, такие как лидер ополчения туарегов Алхаджи Аг Гаму, сохраняют веру в Республику Мали и ее обещание продвижения социальных групп туарегов, которые когда-то твердо находились в нижней части племенной кучи.

Дисгармония и вражда между различными группами и отдельными людьми туарегов существовали всегда. После обретения независимости в 1960 году Мали, Алжир и Нигер эффективно кооптировали французскую стратегию разделения и правления, чтобы иметь дело со своим населением туарегов, отдавая предпочтение и продвигая «дружественных» племенных вождей, ограничивая власть враждебных.

Когда бурлящая напряженность на северо-востоке Мали вылилась в открытое восстание в 1963 году, два сына аменокала или вождя благородного клана Ифогас, правившего на северо-востоке Мали, были на противоположных сторонах спора. Инталлах Аг Аттахер выступал за мир с малийцами и поиск жилья в пределах новой социалистической республики, в то время как его брат Зейд Аг Аттахер встал на сторону повстанцев и заплатил за это, проведя более десяти лет в одной из самых отдаленных тюрем на земле, недалеко от соляные копи Таоденни на крайнем севере Мали.

Почему восстали туареги?

Пожалуй, на данном этапе стоит кратко ответить на самый важный из вопросов: почему вообще восстали туареги северо-востока Мали? Нина Валлет Инталлоу, бывший малийский политик и член исполнительного совета MNLA, предлагает самый простой ответ; потому что новая нация была ошибкой. Она имеет в виду, что новые границы Мали отделили туарегов на северо-востоке Мали от арабов и берберов, которые доминировали над пустынными землями дальше на север, с которыми у них были глубокие экономические, культурные и исторические связи, и смешали их с оседлым черным народом. юга, с которым у них было гораздо меньше общего.

Многие туареги не могли понять, почему народы бамбара, сонинке и малинке на юге должны навязывать им свой язык, культуру и социалистические идеи, тем более что эти «черные» на самом деле никогда не побеждали туарегов в битве, которая, хотя и была болезненной, могла по крайней мере, дали своим новым повелителям некую легитимность. И, да, расизм тоже был частью этой смеси. Некоторые северные туареги и арабские лидеры утверждали, что они происходят из знатных шерифских родов, восходящих к Пророку Мухаммеду, и поэтому считали идею подчинения менее «привилегированных» чернокожим южанам совершенно неприемлемой.

Между тем новые правители Мали, расположенной в сотнях километров к югу, в столице Бамако, считали туарегов воинственными, расистскими, феодальными, высокомерными и ленивыми. Они не могли понять, почему эти непокорные кочевники отказались приветствовать новый малийский флаг и принять новые яркие социалистические идеи правительства, особенно их современные « научные » методы коллективного ведения сельского хозяйства или светскую школьную программу, которые, как надеялись новые лидеры, затянули туареги, вырывающиеся и кричащие из своего устаревшего, «средневекового» образа жизни, перешли в ХХ век.

Короче говоря, это было ужасное несоответствие. Первое восстание 1963 года и его жестокое подавление параноидальной и неопытной малийской армией привели к тому, что отношения между центральным правительством и их кочевниками, живущими далеко на севере, положили начало худшему из возможных. Горечь, вызванная конфликтом, усугубилась ужасной засухой 1972-1973 годов, во время которой погибло до 80 процентов северных стад животных, а тысячи семей туарегов были вынуждены покинуть страну в поисках пищи и работы.Коррумпированное присвоение помощи правительственными чиновниками во время кризиса только усугубило положение.

Примерно с 1985 года и до подписания Национального пакта в 1992 году, который ознаменовал официальный конец великого восстания 1990-1991 годов, повстанческое движение туарегов, возможно, было более сплоченным под руководством тогдашнего твердо светского и националистического Ияда Аг Гали. , чем когда-либо, до или после. Но после подписания пакта движение разделилось по племенным линиям на хаотичный алфавитный суп из разных ополченцев, некоторые из которых фактически сражались друг с другом в открытом бою.

В течение 1990-х годов новое демократически избранное малийское правительство президента Амаду Тумани Туре, бывшего солдата, которого многие туареги обвиняли в совершении зверств против гражданского населения во время восстания, мало сделало для выполнения обещаний, данных в пакте, и продолжило политику разделяй и властвуй на севере. Восстание снова вспыхнуло в 2006 году, а затем снова в январе 2012 года. Фактически, многие туареги утверждают, что север находится в одном постоянном состоянии восстания с периодами более или менее открытого вооруженного конфликта с 1963 года.

Тем не менее, статус туарегов в Малийской республике, несомненно, изменился с годами, что бы ни говорили ультранационалистические туареги. Когда в 1992 году Мали сверг военную диктатуру Муссы Траоре и установила многопартийную демократию, период больших надежд и социального динамизма в стране, полная изоляция туарегов была нарушена. Лидерам туарегов было предоставлено представительство в национальной политике, и впервые, в 2002 году, туарег был назначен премьер-министром.Несмотря на то, что многие из средств, выделенных на развитие севера, были присвоены либо коррумпированными местными лидерами, либо чиновниками центрального правительства, часть денег все же была доставлена, и были построены школы, колодцы и клиники, хотя в глазах тех, кого было слишком мало. которые продолжали требовать независимости.

Кланы туарегов, которые в колониальные времена подчинялись знати-воинам, такие как Имгхад («вассалы») или Белла («рабы»), выступали за ослабление старых социальных иерархий в новом Мали.Это дало им возможность подняться по социальной лестнице и достичь богатства и статуса, перекраивая социальные границы, которые часто вызывали гнев старых воротил клана.

Более того, многие молодые туареги, родившиеся после долгих лет засухи и лишений 1970-х и 1980-х годов, меньше думали о невозможности будущего в Мали. Де-факто они всю жизнь были малийцами. Многие побывали на юге и выучили хотя бы несколько слов бамбара. Они слушали южную музыку и смотрели телепрограммы, снятые в Бамако.Хотя они все еще чувствовали себя разделенными во многих отношениях, это чувство отчуждения было слабее, чем во времена их родителей.

Но горечь и разочарование остались. Большинство лидеров повстанцев туарегов на севере Мали — «сыновья 63 года», другими словами, люди, чьи родители пострадали от большой несправедливости во время восстания 1963 года. Гали Аг Бабакар, отец исламистского лидера Ияда Аг Гали, был убит в восстание, как и отец Мохаммеда Аг Наджма, военачальника НДОА.Их рана по-прежнему острая и глубокая, равно как и их недоверие к правительству Бамако.

Исламизм: новый элемент

Исламизм, однако, является совершенно новым элементом в этой истории. До середины 1990-х годов ни один лидер туарегов никогда не боролся с восстанием, чтобы силой навязать другим свою разновидность ислама. Примерно в 1995 году проповедники-прозелитисты из Таблиги Джамаат, мирной пакистанской мусульманской миссионерской организации, начали распространять свою дауа или «призывы» по всей Мали.Ияд Аг Гали, очарованный их посланием, пригласил их в Кидаль на северо-востоке.

Он был разочарован капризностью племенной политики туарегов и, хотя он не принадлежит к подклану Ифога, среди которых выбирается глава клана, он надеялся укрепить свои перспективы стать первым ненаследственным лидером племени. Ифогас Туарег. Никто не сомневался в его выдающихся талантах как военного и политического лидера, но Аг Гали не имел легитимности как религиозный деятель.Он полагал, что ассоциация с «чуждыми» салафитскими доктринами Таблиги Джамаат и их логическим «современным» взглядом на ислам может дать ему эту легитимность и позволить ему оспорить авторитет Инталлаха Аг Аттахера, нынешнего стареющего лидера клан.

Некоторые представители знати Ифога были соблазнены «пуристскими» салафитскими учениями проповедников Таблиги, но, в конце концов, только Ияд Аг Гали и очень близкое окружение его товарищей Ифога полностью погрузились в эту новую религиозную философию.Некоторые, в том числе Ияд, зашли так далеко, что продолжили учебу в центре Таблиги недалеко от города Лахор в Пакистане и в мечетях в Бамако и Париже. Он также стал очень строгим и пуританским в своих взглядах и личных привычках.

После того, как исламистские террористические группы из Алжира начали действовать на севере Мали примерно с 2001 года, они вскоре объединились с Иядом и небольшой, но растущей группой туарегских салафитов. Более того, алжирская террористическая группировка GSPC, предшественник Аль-Каиды в исламском Магрибе (AQIM), начала зарабатывать большие суммы на похищениях людей, контрабанде и отмывании денег, а экономика северо-востока Мали, как бы она ни была, перестроилась. вокруг новой оси, в которой особое место занимала контрабанда наркотиков, сигарет, угнанных автомобилей и людей.Туризм умер быстрой смертью, и, скорее из отчаяния, чем из религиозного рвения, некоторые молодые туареги согласились работать с исламистами в качестве водителей, информаторов, пехотинцев и бегунов.

Неизбежно, предсказанные опасности исламистского присутствия стали самореализующимися. Чтобы подорвать непрекращающееся восстание туарегов, правительства Мали и Алжира в лучшем случае терпели это присутствие, а в худшем — фактически поощряли его темными подпольными способами. Смешение дела самоопределения туарегов с делом исламистской воинственности принесло им славу международного сообщества и включило их сепаратистскую проблему в гораздо более широкую и широко освещаемую глобальную войну с террором.

Франция и США отреагировали на постепенное присутствие филиалов «Аль-Каиды» в южной Сахаре, увеличив военную помощь Мали и другим странам Сахеля — деньги, которые часто уходили в карманы коррумпированных политиков и генералов. Националистическое движение туарегов стало синонимом исламизма, «Аль-Каиды», Усамы бен Ладена и глобальной войны с террором. Эффект был очень аккуратным выхолащиванием мечты туарегов и глубоким запятнанием образа туарегов в глазах остального мира.

С оружием, украденным у Муаммара Каддафи, человека, который всегда сдерживал амбиции туарегов, хотя, казалось бы, поддерживал их дело, последний и самый далеко идущий мятеж был начат год назад. Но с самого начала его сдерживала старая дьявольская разобщенность. Большое количество солдат туарегов, вернувшихся из Ливии, принадлежало к племени под названием Иднан, которое традиционно соревновалось с Ифога за господство на северо-востоке. Ияд Аг Гали потребовал возглавить новое восстание, но получил отказ.Он также пытался навязать движению свою салафитскую философию, но ему снова отказали. Избавившись от этого отказа, он сформировал собственное ополчение «Ансар Дайн», которому вскоре присягнули лучшие бойцы Ифога. Он «предоставил» свои силы НДОА, но когда малийская армия потерпела поражение в мае 2012 года, он и его сторонники из АКИМ захватили все восстание и превратили его в захват исламистов.

Туареги надежды

Пожалуй, глубоко поразмыслив, можно выделить несколько надежд и мечтаний, которые объединяют большинство туарегов.Я говорю «большинство», потому что полное согласие кажется практически невозможным. Внутренняя привязанность к своей земле, красоте, первозданной дикости, простоте и простору их пустынного дома кажется почти универсальной. То же самое и с глубокой ностальгией или беспокойством, которую испытывает большинство туарегов, когда они отсутствуют на ней по принуждению или по собственной воле. Одно только это чувство составляет эмоциональную силу 90 процентов всей музыки туарегов, в том числе всемирно известных гитарных групп туарегов, таких как Tinariwen, Tamikrest и Terakaft.

Исламизм — относительно новый элемент в истории туарегов, пишет автор [Reuters]

Большинство туарегов хотят видеть эту природную красоту, эту свободу широких открытых пространств, сохраненную, а вместе с ней и кочевое скотоводство, которое практиковалось здесь на протяжении тысячелетий. С другой стороны, есть некоторые, немногие, которые считают, что кочевничество вообще не имеет будущего и убеждают своих собратьев-туарегов принять оседлый образ жизни как единственный путь к современному и устойчивому будущему.

С природой и кочевничеством связана уникальная берберская культура туарегов, особенно их язык, называемый тамашек, и их алфавит, старейший в мире, который постоянно используется, и называется тифинаг. Сохранение жизни Тамашека было главной мотивацией восстаний туарегов в прошлом, что стимулировало спрос на образование тамашека и на телеканалы, говорящие на тамашеке.

Кроме того, существуют другие опоры культуры туарегов, которые больше всего ценят туарегов.Среди них музыка, поэзия, ювелирное дело, кожевенное дело, рассказывание историй, традиционное исцеление, разведение верблюдов и многое другое. Но, опять же, эта культурная гордость не единодушна.

Некоторые салафитские туареги считают свою берберскую культуру отсталой и неуместной в современном мире, народный откат назад, поддерживаемый вмешательством западных антропологов. Они предпочли бы, чтобы их люди приняли арабский язык, язык Корана и мусульманского сообщества в целом. Этим они приветствовали бы большую арабизацию туарегов.Они считают некоторые другие аспекты культуры туарегов, особенно музыку и танцы, распущенными и нечестивыми и возражают против относительной свободы и социальной власти, которыми пользуются женщины-туареги. Они также поносят старые «отсталые» суфийские традиции ислама, которых придерживается большинство туарегов.

Наконец, почти все туареги сетуют на недостаток социально-экономического развития на своей родине после окончания колониализма. Они хотели бы видеть больше школ, больше поликлиник, больше колодцев, более качественных дорог, более дешевого бензина, лучшего распределения еды, меньше преступности, больше мира и стабильности.Когда туарегский музыкант поет, что его пустыня умирает от жажды, он имеет в виду именно это. Без развития пустыня никуда не денется.

Таковы мечты, которые разделяет большинство туарегов. Их разделяют противоречивые мнения о том, как осуществить эти мечты. Националисты считают, что нельзя больше доверять служению Мали интересам туарегов. Они утверждают, что туареги и другие северные этнические группы, особенно арабы, всегда будут маргинализированы и дискриминированы в пределах малийского государства.Только независимость может гарантировать будущее туарегов и их культуре. MNLA также изо всех сил пытается доказать, что это также относится к другим этническим группам на севере — туарегов, арабов, сонгоев, фулани, бозо и т. Д. Националисты также смотрят вовне и выступают за союзы с иностранными державами и международными организациями, такими как ООН и ЕС, если они продвигают дело.

Исламисты считают, что границы служат только для разделения великого мусульманского сообщества или «уммы», что, в свою очередь, ведет к еще большим человеческим страданиям и злу.Для них простое и строгое следование слову Божьему и Его закону — это все, что нужно туарегу и великой малийской нации, чтобы искоренить пороки, привнесенные с Запада, и восстановить безопасное, чистое и процветающее положение дел. в Сахеле.

Исламист, конечно, не доверяет Западу и, если нужна помощь, предпочитает учитывать местные ресурсы или обращаться за поддержкой к другим мусульманским государствам, особенно на Ближнем Востоке. Сам Ияд Аг Гали особенно непреклонен в том, что мусульмане должны помогать друг другу, а не бросаться на поводу у неверных.Вот почему он решил заключить договор с Аль-Каидой и принять их «грязные» деньги в своей борьбе за создание исламского халифата на севере Мали, хотя он не обязательно разделяет холодную ненависть АКИМ ко всему немусульманскому. или их склонность нападать на невинных людей.

Надо сказать, что то, что движет лидерами туарегских исламистов, такими как Ияд Аг Гали, и то, что побуждает молодых туарегов присоединиться к его делу, не обязательно одно и то же. Для последнего главными привлекательными моментами являются обещание безопасности внутри большой, мощной и хорошо вооруженной группы в сочетании с перспективой получения хорошего снаряжения и регулярной заработной платы.Некоторые даже утверждали, вероятно, слишком снисходительно, что Ияд Аг Гали создал Ансар Дайн для того, чтобы дать молодым туарегам возможность выразить то, что он считал своей естественной исламской идентичностью, избегая при этом компромисса присоединения к АКИМ, в котором доминируют арабские страны. Другими словами, «Ансар Дайн» предлагает возможность быть как настоящим исламистом, так и настоящим туарегом.

Наконец, есть сторонники, которые предпочитают, чтобы малийские туареги оставались в Мали. Они считают, что государство с преобладанием туарегов на севере Мали невозможно.Туареги просто слишком разделены внутренне, слишком неопытны с точки зрения управления и государственного управления и слишком во власти корыстных клановых элит, чтобы сделать независимое государство жизнеспособным. Они, вероятно, признают, что Мали далека от совершенства, но лучше строить будущее в ее демократических и республиканских рамках, чем допускать возможность автократического правителя на севере, который неизбежно прибегнет к репрессиям и насилию, чтобы сохранить все разрозненные отношения. межплеменная и этническая напряженность в независимом Азаваде в страхе.Более того, говорят они, чем на самом деле будет жить независимый Азавад? Золото? Масло? Фосфаты? Домашний скот? Туризм? Экономическая жизнь Сахары просто слишком хрупка и слишком зависит от большего количества городских сообществ на юге и севере, чтобы существовать независимо. И, наконец, самое главное, Азавад невозможен просто потому, что Алжир никогда бы этого не допустил.

Вряд ли все туареги однозначно хотят мужчине или женщине. Если не считать хороших дождей в июне.

Эта статья была впервые опубликована в 2013 году в африканском выпуске журнала Al Jazeera Magazine

Определение Туарега по Merriam-Webster

Туа · рег | \ ˈTwä-ˌreg \

множественное число Туареги или Туареги также Туареги или Туареги

: член кочевого народа центральной и западной Сахары и вдоль среднего Нигера от Томбукту до Нигерии.

Туареги Сахары

Племя туарегов Северной Африки издавна захватили воображение посторонних.Эти люди из Сахары, которых иногда называют «голубыми людьми», мгновенно узнаваемы как типичные воины пустыни. Среди членов племени вуалируют мужчины, а не женщины. Они носят эффектные и элегантные повязки цвета индиго, которые защищают их от сурового климата и окрашивают их кожу.

Это племя кочевых скотоводов — потомки коренного народа берберов. В дополнение к впечатляющей репутации, которую они имеют как воины, туареги также преуспевают в торговле, долгое время контролируя маршруты, пересекающие Сахару, включая части Мали, Нигера, Мавритании, Марокко и южного Алжира.

Источник изображения: CNN

Туареги издавна вызывали восхищение за их утонченную культуру. Они известны своими традициями возвышенной поэзии, песни и танца, а также прекрасными визуальными произведениями, созданными особой кастой ремесленников. В частности, коврики из тростника и кожи сочетают в себе замысловатые формы и мотивы исламского искусства Северной Африки с доисламскими мотивами, характерными для Северной Африки.

Туареги также преуспевают в обработке металла, и образцы их украшений можно найти в музеях по всему миру.Некоторые из тщательно продуманных нагрудных кулонов даже послужили источником вдохновения для коллекции шарфов Hermes с орнаментом туарегов.

Шарфы с мотивами туарегов, Hermès — Париж, Франция ок. 2004.
Предоставлено Центром искусств Кантора, Стэнфордский университет.

Коврики туарегов находятся в центре кочевых палаток этого племени, а также иногда образуют подвижные стены. Женщины-туареги обладают особенно высоким статусом и независимостью в племени и считаются владельцами палаток и циновок, которые образуют общественное пространство племени.Из-за кочевого образа жизни туарегов коврики легкие и легко скатываются.

Большая коллекция циновок туарегов Ф. Дж. Хакимиана демонстрирует весь спектр артистизма туарегов. В коллекции огромное разнообразие узоров и мотивов, и каждый коврик уникален. Изысканные узоры выполнены из плетеной кожи верблюда и козла, включая шахматные узоры с защитными орнаментами, решетками, крестами, зубчатыми ромбами, зигзагами и строгими полосами.Большинство дизайнов также содержат доисламские украшения, которые должны быть не только красивыми, но и полезными: благоприятные символы действуют как защита от неудач и отвращения зла.

FJ Hakimian Tuareg Mat № 15360. Марокко ок. 1940. 15’0 «x 10’2» (457 x 310 см)

Некоторые из этих же символов появляются в городе Агадес, Нигер, который является своего рода постоянной базой для племени. На зданиях в городе 14-го века стороны зданий красиво украшены некоторыми из тех же символов, что и на циновках и других предметах искусства.

Благодаря исключительному мастерству и визуальной силе коврики Tuareg пользуются популярностью у ведущих дизайнеров интерьеров. Натуральные материалы добавляют текстуру дизайну комнаты, а очень современные формы добавляют интереса, а также вносят мирский элемент в различные проекты интерьера.

FJ Hakimian Tuareg Mat # 15036. Марокко. 13’9 «x 8’2» (419 x 249 см)

FJ Hakimian Tuareg Mat № 15496. Мавритания ок. 1940. 4’1 «x 3’9» (124 x 114 см)

Кто такие туареги? | SocialistWorker.org

ДЛЯ любителей музыки COSMOPOLITAN туареги ворвались на сцену в 2001 году, когда их самая известная музыкальная группа, Tinariwen, открыла всемирно известный музыкальный фестиваль за пределами Тимбукту в малийской пустыне. Десять лет спустя, отыграв более 700 концертов в США и Европе, Тинаривен получил премию «Грэмми» в категории «Лучший альбом на иностранном языке».

Но Тинаривен имеет важную историю, которая восходит к 2001 году. Его члены были частью сопротивления туарегов правительству Мали до 1990-х годов.Большинство из них выросло в лагерях беженцев после того, как поколение ishumar было изгнано из традиционного образа жизни туарегов действиями правительства.

Они стали критически относиться к строгой социальной иерархии своих предков. Но когда Tinariwen стал международной сенсацией, его участники облачились в традиционные туарегские платья и помогли воссоздать образы романтизированного прошлого.

С кризисом на севере Мали и военным вмешательством французского правительства в его бывшую колонию, туареги по-новому попали в центр внимания Запада.Как в основной прессе, так и в резолюциях Организации Объединенных Наций их ошибочно связывают с исламскими джихадистами, а их законные претензии к малийскому правительству игнорируются.

Путешественники-туареги в Северном Мали (Брэдли Уотсон)

Суд в столице Мали Бамако на прошлой неделе выдал ордера на арест лидеров туарегов из Национального движения за освобождение Азавада (MNLA), наиболее известной политической группы туарегов, и ансар. Дайн, исламистская группа, завезенная на север Мали из Юго-Восточной Азии, с особенно евангелической и сектантской салафитской историей.Эти две группы совершенно разные по цели, происхождению и стратегии, но малийское государство рисует их одной кистью.

Кто такие туареги и каковы их требования? Они просят об отдельном штате? На левом веб-сайте Counterpunch Патрик Кокберн утверждал в январе: «Последний кризис возник в результате националистического восстания туарегов в 2012 году».

Это частично верно, но природу национализма туарегов — и требования восстания — необходимо изучить более конкретно, иначе призывы туарегов к экономической помощи и прекращению государственных репрессий будут проигнорированы.

ООН уже уклонилась от острых экономических и политических вопросов, стоящих перед жителями северного Мали, осудив право туарегов на независимость. Однако на практике восстание началось не с требования отдельного государства. И Франции нельзя позволить утверждать, что военное вмешательство является решением «проблемы» в Мали, игнорируя при этом тяжелые экономические условия, лежащие в основе недовольства туарегов.


ТУАРЕГ говорят на тамашеке, части берберской языковой группы.Они составляют большинство из полуторамиллионной мусульманской группы, проживающей в Нигере, Мали, Алжире, Ливии и Буркина-Фасо. Исторически кочевые и скотоводческие туареги доминировали на обширных пустынных территориях этих стран.

Теперь, из-за серии засух в Сахаре, принудительной оседлости, ограничительной земельной политики малийского государства и государственных репрессий, они стали трудовыми мигрантами в Северной Африке. Некоторые все еще практикуют скотоводство, но многие полагаются на городские рабочие места, денежные переводы и государственную помощь.До падения Муаммара Каддафи и его режима в Ливии в прошлом году некоторые из них нашли работу в ливийской государственной машине, включая ее вооруженные силы и службы безопасности.

Туареги всегда имели странные отношения с французским колониализмом. Во время консолидации Французского Судана, который после обретения независимости стал Республикой Мали, колонизаторы встретили ожесточенное сопротивление туарегов, включая крупное антиколониальное восстание в 1919 году. Хотя французы победили, они по-прежнему опасались туарегов. знание пустынного региона сделало их грозными врагами.

Колонизаторы прониклись романтическим очарованием этих жителей пустыни. Как заметил один губернатор области Гао в Мали в 1962 году, «колониальные маньяки, влюбленные в экзотику, хотели сохранить кочевников для антропологов, берберофилов-этнографов и ученых-востоковедов, раздраженных ХХ веком, для которых остров людей не тронут. нужно было найти загрязнение или прогресс, чтобы время от времени вдыхать восхитительный аромат старины ».

Поскольку военный контроль над туарегами был невозможен из-за проблем, связанных с боями в пустыне, французы предоставили туарегам значительную автономию.Они были освобождены от обязательной военной службы и не платили налогов. Колониальные хозяева фактически разрешили рабство среди туарегов.

По этой причине малийцы к югу от Сахары на юге недовольны привилегированным положением, предоставленным туарегами колониальным государством. Согласно историку Базу Лекоку, большинство туарегов рассматривают французский колониализм как лучшую альтернативу управлению центральным малийским правительством после обретения независимости.

Туареги являются доминирующей этнической группой в пустыне и Кидале, но составляют меньшинство даже в двух крупнейших северных городах Мали, Тимбукту и Гао.Хотя они составляют менее 10 процентов населения Мали, кочевники оказали непропорционально большое влияние на судьбу малийского государства с момента его основания в 1960 году. На трех ключевых моментах они сыграли решающую роль в судьбе государства в целом. .

Мали, возможно, не была бы так основана, если бы туареги не заключили сделку с Африканским союзом Судана и Демократическим объединением (US-RDA), афро-социалистической политической партией, состоящей в основном из малийцев к югу от Сахары. .

США-RDA, заключив союз с туарегами, согласовала условия вывода французских войск. Сражаясь с движением за национальную независимость в Алжире, французы решили придерживаться другой стратегии во Французском Судане. Они мирно передали бразды правления US-RDA, надеясь кооптировать новое руководство вместо того, чтобы бороться с ними. И действительно, с момента обретения независимости между Францией и малийским правительством установились очень тесные отношения.

Второй раз туареги повлияли на судьбу Мали во время их второго восстания в 1990 году.Отчасти именно кризис, вызванный восстанием туарегов, создал пространство для демократического движения в столице за свержение диктатуры Муссы Траоре, правившей Мали с 1968 по 1991 год. С этого момента Мали была широко признана демократией, ограниченной хотя это было.

Затем Амаду Тумани Туре, когда-то популярный лидер, сменивший Траоре, был свергнут в результате военного переворота в марте 2012 года. И снова восстание туарегов, начавшееся в январе того же года, спровоцировало возможный переворот.Амаду Хая Саного, офицер низкого уровня, прошедший подготовку в США, разжигал ненависть к туарегам среди других этнических групп в качестве оправдания переворота.

Недовольство туарегов к югу от Сахары растет. Их часто называют козлами отпущения за проблемы на Севере среди людей, которые ссылаются на свою историю рабства и преференциального отношения во времена французов. Саного оправдал переворот, заявив, что правительству Бамако необходимо более жестко расправиться с повстанцами.

В течение нескольких месяцев после переворота нерегулярные отряды милиции были организованы на Севере вокруг других этнических групп для борьбы с «исламистами» и Ансар Дайн.Вполне вероятно, что эти ополченцы не проводили большого различия между туарегами Ансар Дайн, которые присоединились к исламистам, таким как Аль-Каида в исламском Магрибе, и туарегами, которые считают себя ведущими нерелигиозную политическую битву против национального угнетения и за экономическая помощь.


КАТЕГОРИЗАЦИЯ группы кочевников как «нации» может быть или не подходить. Это особенно сложный вопрос в постколониальной Африке, где колониальное вмешательство в территориальные границы навсегда изменило властные отношения между группами коренных народов.

Тем не менее, у туарегов есть общий язык и история, и они считают себя сплоченной группой. Малийское государство бесспорно притесняет их. В период с 1964 по 1967 год они подверглись ожесточенной кампании насильственной оседлости в сторону от традиционного кочевого образа жизни. В соответствии с традициями колониальных хозяев, малийское государство продолжало назначать вождей и лидеров туарегов, отменяя демократический выбор, сделанный кланами туарегов. Использование тамашека в школах было запрещено.

Во время восстаний туарегов 1962-63 и 1990-94 годов малийская армия применяла жестокие коллективные наказания. Его обвинили в отравлении колодцев и массовых убийствах как мирных жителей, так и домашнего скота. Государство Мали объявило определенные пустынные районы «запретными зонами» и пригрозило застрелить любого в этих районах — особенно ужасающая политика против людей, которые зависят от выпаса скота.

Туареги всегда заявляли о праве на самоопределение в Азаваде, пустынном регионе Мали, Нигера, Алжира, Буркина-Фасо и Ливии.Если часть этого права основывается на утверждении, что они исторически доминировали в этом районе, то это утверждение осложняется вопросом рабства.

Туареги практиковали определенные формы рабства — следует отметить, что сильно отличались от рабства движимого имущества в Новом Свете — до обретения Мали независимости. Знатные семьи туарегов держали домашних рабов («иклан») и требовали дань с «рабских» сельскохозяйственных деревень. Исторически сложилось так, что они также были вовлечены в торговлю рабами через Северную Африку.Одним из элементов, побудивших туарегов к восстанию в 1962 году, было их желание контролировать свои социальные иерархии (и рабов) без вмешательства государства в Бамако, которое, в отличие от французов, предприняло серьезные усилия, чтобы положить конец несвободному труду.

В Мали одно популярное объяснение насилия на Севере состоит в том, что боевики туарегов были наемниками, сражавшимися за ливийский режим, и возвращались хорошо вооруженными после падения Каддафи. Согласно этому аргументу, северные повстанцы не являются идеологами, а являются бывшими клиентами Каддафи, которые заинтересованы в получении доходов теперь, когда они остались без работы.

Это требование отклонено MNLA, которое заявило в статье на своем веб-сайте:

Мы подтверждаем и подчеркиваем, что вернувшиеся из Ливии комбатанты воевали [вместе] с силами НПС (Национальный переходный совет) больше, чем с силами Каддафи. Наш старший военный командующий Мохаммед Аг Наджм, безусловно, был ливийским офицером малийского происхождения, служившим при режиме Каддафи, как и все ливийские офицеры. Полковник Мохаммед Аг Наджм выразил свое несогласие с ливийским лидером очень рано, в начале восстания в Ливии, и это несогласие было подтверждено его отставкой из ливийской армии и его участием вместе со своим собственным народом в нынешней борьбе за освобождение. Азавад.

Несомненно, однако, что некоторые туареги действительно воевали за Каддафи. Члены Тинаривен, например, встретились в военных тренировочных лагерях в Ливии в начале 1980-х годов. Каддафи действительно нанял туарегов в качестве наемников, и в различные моменты по своим стратегическим и политическим причинам ливийский диктатор покровительствовал делу туарегов.

Сам по себе этот факт не делает притязания туарегов на самоопределение незаконными. Поскольку у них отняли традиционный способ заработка из-за изменения окружающей среды и государственной политики, у туарегов было мало способов выжить.Их требования автономии законны, и их борьба явно продолжается после смерти Каддафи.


В северной части Мали воюют по крайней мере четыре подразделения.

Начиная с ноября 2011 года на севере Мали произошла серия громких похищений людей с Запада. Эти похищения были осуществлены либо «Аль-Каидой» в Исламском Магрибе (АКИМ), либо силами, связанными с алжирскими секретными службами. (Антрополог и консультант Организации Объединенных Наций Джереми Кинан считает, что алжирские силы, скорее всего, участвовали в громких похищениях людей в Сахаре с 2003 года.)

Затем, в январе 2012 года, вероятно, воодушевленные новым потоком оружия в регион после свержения Каддафи, боевики-туареги начали серию стычек с малийскими военными. Их главная цель, казалось бы, заключалась в том, чтобы вырвать у государства экономические уступки.

В бой вступило Движение за единство и джихад в Западной Африке (MUJAO). К этим двум джихадистским группировкам присоединился «Ансар Дайн», который состоит из этнических туарегов, но не может называться «группой туарегов» — она ​​берет свое начало в Юго-Восточной Азии.После того, как после упадка политического движения туарегов Ансар Дайн завербовал видного лидера туарегов Ияда аг Гали, у него появилось значительное число последователей туарегов. Но его цели заключаются не в преодолении исторического угнетения народа туарегов, а в более широкой повестке дня по завоеванию господства салафитского ислама.

Общее количество боевиков между тремя исламистскими группировками, вероятно, составляет около 2000 человек. MNLA, крупнейшая политическая группировка туарегов, в настоящее время решительно выступает против этих группировок.

Туареги, как и любая другая «нация», не являются единой группой. С момента первого восстания в 1962 году он был разделен на фракции — некоторые хотят довести претензию о «самоопределении» до логического завершения политического отделения любыми необходимыми средствами, а другие хотят некоторой автономии, достигнутой путем переговоров. с малийским государством.

Последние силы победили. Доминирующее сегодня MNLA претендует на звание Фронта движения Unite de l’Azawad, одной из самых важных групп, заключивших мирные переговоры с малийским правительством в 1996 году.

В 1996 году Буремский пакт положил конец второму восстанию туарегов. Государство Мали при поддержке международного сообщества, как штатов, так и НПО, выделило около 9 миллионов долларов на программу разоружения, демобилизации, реинтеграции (DDR), в рамках которой повстанцам были предоставлены денежные средства на приобретение оружия, кредиты для малого бизнеса и увеличение финансирования инфраструктуры. . Были построены школы и медицинские центры, и дополнительно выделено 150 миллионов долларов на реконструкцию. Город Кидаль впервые получил электричество в 1996 году.

Взамен на свое согласие сложить оружие администраторы туарегов получили большие полномочия по самоуправлению. В дополнение к программе РДР и инвестициям в инфраструктуру несколько тысяч бойцов туарегов решили интегрироваться в малийскую армию. В обмен на отказ от вооруженного сопротивления малийская армия приняла их в качестве солдат и выплатила им регулярное жалованье.

Несомненно, памятуя об этой истории, сегодня НДОА борется, в практическом плане, за дополнительную экономическую помощь и прекращение государственных репрессий.В неясной части его веб-сайта и на французском написано требование «суверенитета» и «самоопределения». Но в документе под названием «Возобновление вооруженной борьбы в Азаваде», предназначенном для международной аудитории, НДОА подчеркивает более прагматические и практические требования: диалог с малийским государством, прекращение военных убийств и вмешательство «международного сообщества». сообщество.»

Именно этот «прагматизм» побудил MNLA согласиться с военным вмешательством Франции в северной части Мали.По словам канадского социалиста Роджера Анниса, MNLA «вступило в переговоры с режимом Мали в декабре о предоставлении автономии в северном регионе. В заявлении от 13 января на веб-сайте группировки признается французское вмешательство, но говорится, что оно не должно позволять войскам Мали. армию о переходе границы за демаркационную линию объявили в апреле прошлого года ».


ТУАРЕГ вопрос — международный. В соседнем Нигере живет больше туарегов, чем в Мали, и там они тоже организовали движение против государственных репрессий — их последнее восстание закончилось в 2009 году.

Президент Нигера Махамаду Иссуфу сказал: «Угрозы в Мали представляют собой проблему внутренней безопасности Нигера» — и отправил 500 солдат в международные миротворческие силы в Мали, умоляя международные силы разоружить НДОА. Правительство Нигера подписало соглашение с США о размещении базы для беспилотных летательных аппаратов.

Нигер, как и Мали в период до последнего кризиса, принял стратегию попытки ассимилировать туарегов, интегрировать их в государство (туареги были назначены премьер-министром в 2011 году) и предоставить ограниченные экономические уступки.Крупные урановые рудники в Нигере представляют собой огромную потенциальную прибыль для французских компаний, а также геополитическую мощь. Таким образом, и Франция, и правящая элита Нигера хотят стабильности.

Несмотря на невероятные запасы полезных ископаемых, валовой внутренний продукт Нигера на душу населения составляет около 374 долларов США, по данным Всемирного банка. У Мали около 669 долларов, несмотря на огромные золотые запасы.

Итак, хотя в каком-то смысле правильно говорить о «националистическом мятеже», важно отметить, что бедность туарегов — больше, чем что-либо другое, является движущим импульсом для людей, которые узнали, что вооруженная борьба работает в борьбе экономические уступки со стороны государства.

Это важно признать, потому что западные правительства и ООН потратили много времени, «отвергая» право туарегов на самоопределение. В июле 2012 года в резолюции 2056 ООН говорилось: « вновь заявляет, что категорически отвергает заявления Национального движения за освобождение Азавада (НДОА) относительно так называемой« независимости »северной части Мали, и вновь повторяет , что он считает такие объявления недействительными ».

Делая вид, что туареги просто сосредоточены на создании отдельного государства, западные правительства могут игнорировать свои более насущные требования.Они могут игнорировать настоящий кризис — то, что 400 000 северных малийцев были изгнаны из своих домов.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *